«Русский» образ ислама. Почему патриотический рупор взялся за «углубленное» изучение ислама?

Вышел в свет четвёртый номер (второй за 2004 год) журнала «Русский образ», тема которого заявлена одним словом — «ислам».

Хотя правильнее и точнее следует обозначить тему как «Ислам и национальная безопасность», поскольку за данным изданием стоит Леонид Ивашов, отставной генерал-полковник ГРУ, долгое время возглавлявший Главное управление международного военного сотрудничества Министерства обороны РФ, создатель ряда структур, занимающихся разработкой проблем национальной безопасности, — начиная с «Фонда Безопасности» начала 90-х и кончая «Военно-державным союзом», лидером которого сегодня является генерал.

На обложках «Русского образа» — символика Республики Сербской на территории Боснии и Герцеговины, профили лидеров боснийских сербов Радована Караджича и Ратко Младича, к которым есть много вопросов у международного правосудия по поводу беспрецедентного геноцида боснийских мусульман в местечке Сребреница. А в предисловии от редакции говорится, что «одной из важнейших проблем в России и Европе сегодня является замещение коренного населения мигрантами. Волны переселенцев из стран третьего мира хлынули на территорию европейской цивилизации, несут и свою, чуждую нам культуру, сформированную в 90% случаев исламом — религией, знакомиться с которой нам приходится вопреки собственному желанию».

Итак, с первой страницы читателю внушается мысль, что ислам — это чуждо, и посему — плохо. По определению. Такой подход, в сущности, именуется ксенофобией.

А содержание статей по теме номера (автором которых является главный редактор журнала Илья Горячев) активно иллюстрирует эту мысль. Читателю сообщается, что никакого единства мусульман ни в мире, ни в России нет, и пример тому — отношения двух мусульманских административных структур России, одна из которых, возглавляемая Талгатом Таджуддином, «хорошая», ибо придерживается «традиционного ислама», а вторая, возглавляемая Равилем Гайнутдином, «не очень хорошая», ибо склонна к исламу радикальному. Однако при этом не объясняется, что же понимается конкретно под «традиционным» и «не очень» исламом, и как это выражается в деятельности нынешних лидеров мусульман России.

Зато много говорится о проекте «русский ислам», далеко неоднозначном по мнению многих самих же российских и русских мусульман, а также о принятии ислама русскими, которые, обратившись, становятся экстремистами, поскольку у них обязательно срабатывает так называемый «синдром неофита». Это — когда хочется быть «большим католиком, нежели Папа Римский».

Журнал называет несколько фамилий «широко известных в узких кругах людей», но новообращённых русских мусульман насчитывается от двух до десяти тысяч, и очень большой вопрос — многие ли из них придерживаются радикальных взглядов? Но редакционная направленность берет своё. Под фотографией женщины с детьми в мусульманских одеждах, стоит подпись вопрос: «Кто она — бывшая русская женщина?» Или подзаголовок: «Кто они, бывшие русские, а теперь мусульмане?» То есть, надо понимать, что быть русским и мусульманином — две вещи несовместные.

Можно упомянуть большой материал о российских и советских военнослужащих, принявших ислам в Чечне и Афганистане, под красноречивым заголовком «Новые янычары: плен, измена, ислам», рецензию на в общем-то уже давнишний фильм «Мусульманин», в которой активно проводится мысль, что главный герой картины Николай, ставший Абдуллой — ну… не «наш человек».

Ещё можно прочитать пятистраничное повествование (очень уж большое для журнального формата) о небольшой, но достаточно шумной и радикальной группировке из США, называемой «Нация ислама», и «русский образ» ислама у читателя будет сформирован.

Попытка же рассмотреть ислам с сугубо духовной точки зрения занимает скромное пространство в четверть разворота и похоже на рекламный модуль (кстати, и размещён он по соседству с рекламой неоязыческой «славяно-горицкой борьбы»). Рассказывается о пяти столпах ислама — свидетельстве веры, молитве, соблюдении поста в месяц рамадан, налоге-закяте в пользу общины и паломничестве-хадже. А далее некий клирик о. Пётр Иванов из Новодевичьего монастыря утверждает: «К чему в духовном плане стремится ислам, к какому идеалу стремится? Ставит ли он вообще целью преобразить душу человека? Если говорить о пяти столпах ислама, то это, прежде всего, установления, касающиеся ритуальной стороны дела». Это отчасти правильно, но эта не вся правда о древней религии. Ведь самый первый столп ислама — исповедание веры в Аллаха, в Его ангелов, в Его книги, в Его пророков (от Авраама до Иисуса), в судный день, доброе и плохое, предопределение судьбы, исходящее от Аллаха. Значит, ислам все-таки не только ритуал?

Вообще же можно согласиться с тем, что в нынешней ситуации многие проблемы ислама замыкаются на вопросах безопасности. Но именно поэтому необходим их объективный анализ, а не изначально предвзятое и одностороннее отношение, которое сквозит в материалах «Русского образа». Издание — новое, да предрассудки стары.

Да, иначе просто и быть не может. Издание позиционирует себя как «просвещённо-националистическое». Но национализм — любой, даже самый «просвещённый», — изначально односторонен, потому что предполагает антитезу «Мы — Они», в которой «мы» — это обязательно хорошо, а «они» — не очень или же просто плохо. При таком подходе узнать, где же правда, а где «не очень», просто не представляется возможным.

Code to post anouncement in your blog