Россия вооружается?

Все помнят кадры бесланской трагедии: хаотичная беготня, стрельба, крики, и среди всей этой сумятицы бросается в глаза, что на улицах полно хорошо вооружённых людей в штатском. Жителю средней полосы России трудно понять — что это за люди в спортивных костюмах с автоматами в руках, и почему они ведут стрельбу. Позднее журналисты окрестили их «бесланским ополчением», а профессионалы-силовики сетовали на то, что своими действиями эти ополченцы очень мешали им при проведении операции по спасению заложников. И, похоже, никому в голову не пришёл вопрос: как в руки такого количества гражданских лиц попало такое количество боевого оружия?

Всем, кто знает Северный Кавказ, известно, что это — единственная в стране зона массового владения оружием (если не считать малолюдные районы Крайнего Севера). При этом речь, в основном, идёт об оружии нелегальном. Не секрет, что в Чечне автомат можно купить на базаре, но пусть это крайний случай. Обратим внимание на то, что нелегально находящееся на руках у населения оружие уже было использовано в ходе осетино-ингушского конфликта, им было вооружено дагестанское ополчение в 1999 году, может оно пойти в ход и при новых конфликтах на Северном Кавказе.

Казалось бы, федеральным и местным властям нужно решать эту проблему, но пока они делают вид, что все идёт как надо. Видя такое отношение, мы вправе задаться справедливым вопросом: имеют ли право на ношение оружия остальные граждане России, или это эксклюзивное право жителей республик Северного Кавказа? Почему им можно разгуливать с АК-74, а нам светит срок за владение дедовской «трехлинейкой»?

Очевидно, что в стране нет общественного согласия по поводу законного владения и ношения оружия. Дискуссия по этой теме ширится и аргумент: «да вы, дураки, перестреляете друг друга» уже не кажется убедительным.

Начнём с того, что беззащитный перед преступником и произволом человек это уже не гражданин, это особь «населения» именуемая в специфических кругах не иначе как «терпила». Существуют традиционные критерии полноценности гражданина. Их три. Во-первых, это обладание знанием, требующимся в данном обществе. Во-вторых, способность выступать в собрании, поднять голос, давать и держать слово. В-третьих, держать в руках оружие, из которого можно убить другого человека, оружие, которым можно защитить свою честь и жизнь.

Лишение права на оружие это, по сути, лишение права на самозащиту. Если Вы не супермен, то вряд ли сможете противостоять группе преступников или хотя бы одному, но хорошо вооружённому молодчику. Для людей же физически слабых, больных, пожилых, женщин хрупкого телосложения шансов себя защитить нет практически никогда. В 99 случаях из 100 нападающий значительно превосходит их по физической силе. Только огнестрельное оружие позволит превратить конституционное право на самозащиту из пустой декларации в реальность.

Право же на самозащиту — одно из самых важных, самых базовых человеческих прав. Без него теряют реальное наполнение и все остальные. Можно ли говорить о Вашем праве на жизнь, если Вас лишают практической возможности защитить её?

Существует ли у Вас право на собственность, если Вы не в силах попытаться помешать грабителю? Существует ли у Вас надёжно обеспеченное право на свободу, если при попытке отобрать её силой у Вас нечем будет её защитить?

Запрещая ношение оружия, мы подавляем естественный механизм сопротивления преступности, тщетно пытаясь переложить всю ответственность за свою жизнь и безопасность на милицию. В Москве около 90 тысяч сотрудников, что является одним из самых высоких показателей среди столиц мира (в том же Нью-Йорке не более 60 тысяч полицейских). Их численность все растет, их эффективность все падает. Не пора ли остановиться на этом пути в никуда?

Разумеется, необходимо улучшать работу правоохранительных органов. Но никакие даже идеально эффективные и полностью очищенные от коррупции правоохранительные органы в принципе не способны сделать излишними самозащиту и гражданское оружие. Преступления не совершаются на глазах у милиционера. Сотрудники правоохранительных органов никогда не будут дежурить в каждом подъезде и переулке, ездить в каждом автобусе. Почти всегда они прибывают на место преступления уже после того, как оно совершено.

Конечно, очень важно, чтобы качество расследования преступлений стало выше, но если Вы уже в могиле или в инвалидном кресле, то самые лучшие следователи не дадут Вам того, что могло бы дать личное оружие — шанса на спасение.

Многие говорят, что решением могло бы быть нелетальное оружие самозащиты: газовые пистолеты, электрошокеры, бесствольное оружие. Но случаи его применения показывают весьма низкую эффективность этих средств против пьяных, наркоманов и собак. Многое зависит от физической кондиции нападающего, степени его алкогольной и наркотической интоксикации и индивидуальной терпимости к боли и раздражителям. Никогда бандита не испугают перспективы чихнуть от слезоточивого газа или получить синяк от резиновой пули. Т.е. профилактическое действие нелетального оружия мало отличается от нуля.

Заявления о том, что гражданское оружие порождает в обществе насилие, не выдерживают критики. Ставя вне закона гражданское оружие, запретители поощряют, а не искореняют насилие, связывая руки его жертвам. Сегодня преступник не опасается нападать на жертву, считая её безоружной, а значит, беззащитной перед ним. А вот если бы преступник знал, что потенциально у этого человека может оказаться пистолет, он бы поостерёгся идти на такой риск. Массовое гражданское владение оружием служит мощным профилактическим фактором для преступлений с применением насилия.

Если же говорить о практике, то в странах, где ношение оружия разрешено, в 9 случаях из 10 его эффективное применение при самообороне сводится к выстрелу в воздух или простой демонстрации оружия. Поскольку нападающие обычно ищут вовсе не сильных ощущений, этого оказывается достаточным для того, чтобы остановить нападение. В большинстве реальных случаев эффективной самообороны дело до стрельбы на поражение не доходит.

Факты твёрдо свидетельствуют, что нет связи между склонностью отдельных граждан и общества в целом к насилию и доступностью оружия. Скажем, Швейцария и Финляндия — страны самого массового распространения оружия. (В этом отношении они заметно обгоняют США.) А уровень насильственной преступности в них очень невелик. То же самое касается отдельных граждан. Частота правонарушений среди владельцев оружия в России, так же как и среди владельцев лицензий на право ношения оружия в США, меньше, чем в среднем по всему населению.

Мы точно знаем, что легализация владения и ношения гражданского оружия не превращает нормальных законопослушных граждан в преступников. Мы знаем это и по опыту США, и по опыту стран Центральной Европы и, что ближе нам, по опыту Молдавии и Эстонии с её многочисленным и компактно проживающим на северо-востоке русскоязычным населением. По свидетельству эстонской полиции поведение русскоязычных владельцев легального оружия ничем не отличается от их эстонских сограждан. Население Израиля уже на четверть состоит из выходцев из СССР, но это не мешает солдатам (а там ими ежегодно оказывается каждый мужчина призывного возраста) в обязательном порядке ходить в увольнительную с автоматами.

А что в самой России? Обратимся к фактам. В Москве сегодня зарегистрировано более четырёхсот тысяч владельцев легального огнестрельного оружия. В том числе, более 250.000 владельцев ружей. Сколько же из них выстрелило? На этот вопрос есть ответ. За 2001 год с использованием этого оружия было совершено 8 (да, это не опечатка — восемь!) бытовых преступлений.

Оружие это хранится на дому. То есть, именно там, где и происходят застолья, где и случается всякого рода бытовуха. Владельцы этого оружия — не бескрылые ангелы, не особо отобранные, доверенные люди и в большинстве своём не трезвенники. Они также вовсе не обязательно охотники. По ныне действующему Закону об оружии многозарядное ружье сегодня может приобрести для самообороны на дому любой здоровый (в частности, психически здоровый и не страдающий наркозависимостью) и законопослушный гражданин. Легальное оружие не стреляет зря! Это не мнение. Это факт. Для того, чтобы вести себя достойно и ответственно, нам с Вами не нужна смирительная рубашка.

Есть мнение, что гражданское оружие может прийти на смену кухонному ножу при совершении бытового убийства. Но когда мы говорим о бытовом убийстве, то нередко подразумеваем, что оно совершается в среде обычных, нормальных людей. В действительности же в подавляющем большинстве случаев это не так. У любого нормального, социально адаптированного человека существует колоссальной прочности барьер перед убийством себе подобного. Даже в состоянии сильнейшего гнева, ярости, алкогольного опьянения он удерживает нас от преступления. Чтобы преодолеть запрет, требуются очень сильные стимулы: мощный инстинкт самосохранения, потребность защитить близких, воинская дисциплина.

Бытовые убийства в большинстве случаев совершаются людьми, принадлежащими к одной из специфических групп риска. В первую очередь, это алкоголики, наркоманы и те же самые профессиональные преступники. Именно для этих категорий людей доступ к легальному оружию и ограничен. И потом, основное оружие массового поражения в России сегодня — кухонные ножи. Означает ли это, что их нужно изъять из обращения и заменить пластиковыми?

Нельзя лишать человека его прав потому, что кто-то, когда-то и где-то может злоупотребить ими. Нельзя наказывать за несовершенное преступление.

Заметим, что речь идёт именно о восстановлении права на эффективную самооборону для всех дееспособных, законопослушных граждан. Это право отобрало у нас тоталитарное государство, запретив владение и ношение личного оружия. До прихода к власти большевиков легальное владение личным оружием в Российской империи имело самое широкое распространение. Причём во всех социальных группах, включая и крестьянство. Во многих регионах (север Европейской России, Сибирь, казачьи поселения) оно было практически всеобщим.

Практика показывает, что 70 лет советской власти не лишили россиян способности ответственно владеть оружием. Пять миллионов легальных стволов практически не стреляют зря. Те, кто говорит, что при первой же возможности мы спьяну перестреляем друг друга, опускается до оскорблений. Позвольте спросить: как Вы думаете, часто блюдут сухой закон наши охотники? Однако что-то не слышим мы леденящих душу историй о перестрелках в охотхозяйствах. Вы просто, видимо, плохо себе представляете, как пьют финны, норвежцы, датчане. А ведь именно в этих странах оружейное законодательство весьма либеральное. Финляндия, вообще занимает первое место в мире по распространённости владения оружием, далеко обгоняя США.

Давайте оставим досужие рассуждения! Практика уже однозначно доказала: подавляющее большинство нормальных людей не станет спьяну расстреливать товарищей из пистолета. А тем немногим, кто способен на это, пистолет вовсе не обязателен. Они прекрасно обходятся кухонным ножом.

В России, по оценкам криминалистов, в незаконном обороте находятся миллионы (!) стволов украденного со складов или ввезённого контрабандой огнестрельного оружия. Ежегодно только изымаются правоохранительными органами свыше трёхсот тысяч нелегальных стволов. Купить нелегальное оружие очень просто. Были бы деньги. А значит, от запрета на оружие страдают только законопослушные граждане. Все, кто хотел нелегально вооружиться, невзирая на закон, уже вооружены. В отличие от нас с Вами. Речь сегодня идёт о том, чтобы закон, наконец, перестал мешать вооружаться честным людям для защиты от преступников.

Для справки заметим, что города США, где существуют ограничения на ношение оружия гражданами — Вашингтон, Нью-Йорк, Лос-Анджелес — отличаются максимально высоким уровнем преступности. В штатах, вводивших недискриминационное право получать разрешения на скрытое ношение оружия, наоборот, наблюдалось после этого статистически значимое снижение преступности, связанной с применением насилия — убийств, нападений, изнасилований.

В стране стреляют сегодня, в основном, бандиты. И стреляют, естественно, из нелегального оружия, по пулям и гильзам которого их невозможно идентифицировать. Добропорядочный человек первым обнажать своё зарегистрированное и отстрелянное оружие в такой ситуации не станет. Если речь, конечно, не идёт о самозащите. А если идёт, то можно только радоваться тому, что он перестанет быть безгласной жертвой. Тогда со временем и бандиты, уверенные сегодня в своей полной безнаказанности, постепенно начнут остерегаться пытаться применить силу.

Кстати, совсем не обязательно носить оружие, чтобы испытать преимущества от его легализации. Пусть у Вас и нет с собой пистолета. Но это знаете Вы, а вовсе не преступник. Со дня его легализации у Вас не будет написано на лбу большими буквами «Я беззащитна или Я беззащитен».

Кроме того, у нас появится больше шансов на помощь окружающих. Сегодня на Вас могут напасть средь бела дня при множестве свидетелей. И скорее всего, никто не вмешается, не придёт на помощь. Не всегда из-за равнодушия. Очень часто люди просто чувствуют себя абсолютно беспомощными, считают (иногда даже не без оснований), что ничем не смогут помочь Вам, а лишь пострадают сами. Если бы на улицах оружие было в руках добропорядочных граждан, а не только у бандитов, то наши шансы получить в критический момент поддержку резко выросли бы.

Нынешнее законодательство, запрещающее честным людям владение эффективным оружием, ставит в неравноправное положение тех, кто физически слаб и не владеет навыками драки. Сегодня, видя женщину, инвалида, пожилого человека, преступник практически на 100% убеждён в беззащитности своей жертвы, в том, что его жизни и здоровью при нападении ничего не угрожает. В нашей стране с её уровнем преступности нам нельзя не признать, что только оружие может уравнять шансы.

Если Вы осознаете, что добрый правительственный дядя не проведет Вас за ручку от колыбели до могилы

Если Вы понимаете что милиционер не сможет уберечь Вас от напастей в любое время и в любом месте, начиная с родного подъезда и кончая глухим лесом

Если Вы считаете, что можете сами позаботиться о себе и своих близких и сами вправе рассчитывать на их помощь и поддержку
Манифест «Самообороны»

Вы с нами. Потому что оружие — это независимость и ответственность.

Если Вы согласны с тем, что окружающие Вас люди не перегрызли друг другу глотки вовсе не потому, что клыки коротковаты

Если Вы отвергаете взгляд на своих соотечественников, как на скопище недоумков, способных жить бок о бок только в смирительной рубашке.

Вы верите в добронамеренность и здравый смысл большинства своих близких, друзей, знакомых, сослуживцев, если Вы уважаете свой народ и свою страну

Вы с нами. Потому, что оружие — это безопасность и достоинство.

Если Вы согласны, что реальная возможность защитить себя должна быть доступна каждому гражданину, а не только профессионалам, атлетам, мастерам восточных единоборств и тем, кто может позволить себе дорогостоящую охрану.

Если Вы верите, что права на эффективную самооборону должно быть у женщины, у старика, у бедного, у больного, у инвалида.

Если Вы верите, что лишать человека реального шанса противостоять нападению преступно

Вы с нами. Потому, что оружие — это уравнение возможностей.

Если Вы верите в то, что каждый законопослушный, дееспособный гражданин России должен получить право на владение и право на ношение легального огнестрельного оружия, включая пистолеты, то Вы с нами. А мы с Вами.

И вместе мы обязательно победим!
Телефон Федерального Совета
361–96 97
8 (916) 681–5013
E-mail: org@samooborona.ru

Разместите анонс страницы у себя в блоге: